воскресенье, 23 июня 2019 г.

«Люди бідкаються, влада не лише розводить руками» — итоги встречи виноделов с представителями агроминистерства

Проходила она 11 июня в актовом зале Министерства агропромышленной политики и продовольствия. Мероприятие четко делится на две части: до прихода исполняющей обязанности министра Ольга Трофимцевой, и уже в ее присутствии. Первую половину модерировал заместитель министра Владимир Топчий. 

Ольга Васильевна извинилась за опоздание, она была на другом важном совещании. Ряд докладчиков даже повторили свои выступления. Реакции обоих руководителей министерства отличались кардинально. Все высказывания Владимира Николаевича можно свести к фразам: «работа ведется», «надо обратиться к специалистам», «поймите коллег из других отраслей». И ведь нельзя сказать, что он неправ, но как бы «общая тональность» не вызывала прилива энтузиазма. Ольга Васильевна же демонстрировала активность и заинтересованность, легко размышляла вслух и не стеснялась ссылаться на опыт европейских соседей.

Вопросы подымались самые разные: о нежелании Фонда госимущества продлевать аренду заводу игристых вин «Одессавинпром», о прекратившей работу службе борьбы с градом, о правилах хранения горюче-смазочных материалов, о полиэтиленовой таре, о корчевке виноградников частными и фермерскими хозяйствами, о минимальных розничных ценах и т.п. Возьму на себя ответственность подробно остановиться на более общих и самых важных. 

Ольга Трофимцева сообщила, что МинАПП, ГФС, Минфин, Минэкономразвития, Минюст на совещании у Степана Кубива пришли к решению о нулевой ставке акцизного налога на сухие вина и отмене самой марки. Поручение дано, но реализация потребует времени. Директор Ассоциации «Виноградари и виноделы Украины» Вячеслав Пономарев только выказал оригинальную мысль, что акцизные марки являются своеобразным заградительным барьером на пути импорта.

Большинство выступавших ссылались на европейский опыт поддержки виноделов и просили бюджетными средствами поддержать техническое перевооружение, расширение площадей, выставочную деятельность за рубежом и т.п. Светлана Цыбак, представитель винодельни «Бейкуш», рассказала, как азартно ГФС штрафует за опечатки в отчетных документах. А нижняя граница оного — 17 тыс. грн. Александр Ковач доложил о нежелании все той же ГФС выдавать лицензию Леониду Бабчуку — тот к этому времени уже покинул зал. Ольга Трофимцева пожелал узнать подробности этого дела и получить письменное заявление, так что со своей стороны я вынес эту историю в отдельную статью.
Не стали главной темой барьеры из виноградных зон и районированных сортов, которые среди прочих стоят на пути активных виноделов. В Законе Украины «О вине и виноградном вине» в ст. 2 сказано: «Посадка виноградников для виноделия разрешается только в винодельческих местностях с применением районированных или перспективных сортов винограда»Садіння виноградників для виноробства дозволяється лише у виноробних місцевостях із застосуванням районованих або перспективних сортів винограду»). А «винодельческая местность — территория, на которой технические сорта винограда постоянно достигают сахаристости в сусле не менее 150 г / куб. дм (на территории Автономной Республики Крым - 160 г / куб. дм)»виноробна місцевість — територія, на якій технічні сорти винограду постійно досягають цукристості у суслі не менш як 150 г/куб. дм (на території Автономної Республіки Крим - 160 г/куб. дм)». В свою очередь, «районированные сорта винограда — определенные для определенной зоны виноградарства сорта винограда, обеспечивающие наибольшую хозяйственную эффективность виноградарства и виноделия в этой местности и включены в Государственный реестр сортов растений, пригодных для распространения в Украине»районовані сорти винограду — визначені для певної зони виноградарства сорти винограду, що забезпечують найбільшу господарську ефективність виноградарства і виноробства в цій місцевості та включені до Державного реєстру сортів рослин, придатних для поширення в Україні»).
Грубо говоря: если вы сделаете вино в пределах виноградарской местности, но из нерайонированного здесь винограда, то не сможете его продавать. Собственно, сам факт производства может оказаться преступлением (помните, какие у нас рьяные надзорные органы?). При этом виноделы-частники дают множество  примеров, когда вина производятся из винограда, выращенного вообще в невиноградарских зонах. Например, в Киевской области. И ведь хорошие вина получаются, призы берут не первый год на национальных соревнованиях. В моих архивах самый «свежий» виноградный кадастр датируется 2009 годом. Изданный Министерством аграрной политики и Украинской академией аграрных наук. У кого-то есть новее? Кто-то знает, какие организации сегодня проводят эти границы и определяют эти сорта? Не потому ли Владимир Топчий мягко ушел от обсуждения зонирования и районирования? Это же куче людей работать придется, сложившуюся систему менять. Но может проще изменить сам закон — странно, правда? Так ведь в приведенных выше цитатах набатом звучит наследие плановой системы, когда «наверху» решали, что и где правильно выращивать. Не проще ли оставить все на риск и совесть предпринимателя? Ведь именно он более всех заинтересован и в качестве, и в урожайности, и в, извиняюсь за мой французский, терруарности. Только малым виноделам объективно нужен пересмотр границ и сортов, ведь граница их активности проходит уже и севернее Киева. Здесь нет чудес, причина даже не в глобальном потеплении — все решает подбор сортов и выбор микрозоны. Например, южный склон, защищенность от ветра и т.п. Уход важен, укрывное виноградарство практикуется издревле. Конечно, советская гигантомания и массовое производство не предполагали точечных решений, так ведь времена изменились. Или нет? Или кто-то из виноградарей хочет получать компенсацию за расширение виноградников районированных сортов? А ни к кому не приходили проверяющие с претензией как раз нарушения сортового состава? Емкости ни у кого не опечатывали?
Эта проблема смыкается с еще одной, уже вполне актуальной: не все виноделы, стремящиеся легализоваться, имеют собственные виноградники. Или потому, что они больше виноделы, чем виноградари, или потому, что перерабатывающие мощности у них находятся вне виноградарских зон.

Тем не менее, считаю, что, несмотря на отсутствие представителей ГФС, Минфина и Госпродпотребслужбы встреча была очень полезной. Наши малые виноделы проходят этап консолидации. Пока еще у них не по всем вопросам выработана единая официальная позиция. Как и в этот день, когда у них внезапно оказался дополнительный час на предварительное совещание. К примеру, они все еще пользуются мантрой о переводе вина в категорию пищевых продуктов. Начальник отдела виноградарства и садоводства Виктор Костенко заметил, что вино уже таковым является. Продолжу его мысль: при этом оно относится к подакцизным товарам и подпадает под действие Закона «О государственном регулировании производства и оборота спирта этилового, коньячного и плодового, алкогольных напитков и табачных изделий». А величина акцизного налога определяется Налоговым кодексом Украины. Или другой важный аспект, надцатый раз озвученный Виктором Николаевичем: если представители Минфина слышат об отмене или уменьшении какого-то сбора, они тут же спрашивают — где компенсация недополученной государством прибыли? То есть любое подобное предложение должно сопровождаться аргументированным обещанием роста потуплений на каком-то другом участке.
Из этой встречи стоит сделать еще один, совсем нерадостный вывод. Виноделы Министерству агрополитики не особо нужны. Сравните площади виноградных насаждений (со столовыми сортами) и площади, отведенные под сахарную свеклу (со злаковыми даже пытаться не будем сравнивать). Нужны чиновникам дополнительные хлопоты при таких масштабах? Кроме больших и малых виноделов на заседании были еще представители науки. Но не было налоговиков, финансистов и потребсанитаров. Они не смогли или не посчитали нужным прийти? Или их убедили, что не стоит здесь свое время тратить? Вообще-то встречу организовывала общественная организация «Укрсадвинпром», и ее сотрудники призывали все заинтересованные стороны. В том числе и прессу. К примеру — меня. Но вот в министерство меня не впустили. А еще — коллегу из «Интерфакс». Не было нас в списках на охране. А организовать пропуск прямо на месте почему-то не было никакой возможности. Виктор Костенко лично вышел чтобы извиниться за какие-то нарушения министерской технологии при нашей аккредитации, и я ему за это очень признателен. Но журналист из портала Agropolit на встречу почему-то попал. И статью дал. Негоже критиковать коллегу, но мы с ним как будто на разных собраниях были и что-то очень по-разному понимаем тему... Между тем, на протяжении почти двух лет я спокойно приходил сюда на заседания рабочих групп, в том числе — по проекту упрощения лицензирования малых виноделов. И вдруг возникла проблема. Я оказался кому-то чем-то опасен? Так при нынешнем оснащении гаджетами у каждого гостя найдется по меньшей мере нормальный смартфон, который прекрасно выполняет функции диктофона. Мне будет трудно получить аудиозапись заседания? Но какой же осадочек останется! Стоило создавать конфликт? Мало того, встреча была открытой, и препятствование работе на ней журналиста является нарушением законов «Об информации» и «О доступе к публичной информации». Что за остатки советского мировоззрения (снова, чёрт...)? И я ведь не наемный работник, который доложит начальству, что, мол, не пустили, да пойдет заниматься другими делами. Нет, я такой же безумный, как эти виноделы. Портал «Вино Украины» — мой добровольный геморрой. Мне интересна эта отрасль и дороги эти люди. И мне очень нравится их вино. Поэтому просто от меня избавиться не получится. Да и не один я — со мной поддержка от «Независимого медиапрофсоюза Украины» («Незалежної медіапрофспілки України»), членом которого я уже не первый год являюсь.
Кстати о профсоюзах. В зале присутствовали представители трех профильных общественных организаций: «Виноградари и виноделы Украины», «Корпорация „Уквинпром“» и «Укрсадвинпром». Внимание, вопрос: где мы наблюдаем работу первых двух? Чем они заняты? На этом собрании звучало что-то о разработке бренда «Вино України». Если мне не изменяет память, то «Укрвинпром» занимается этим по меньшей мере последние три года. Я могу, конечно, чего-то не знать. Но... Где?.. Кто-то видел рекламу на радио или телевидении? Растяжки над дорогами? Билборды? Серии публикаций? Может, на какой-нибудь зарубежной винной выставке был стенд с брендом и образцами продукции? Или хотя бы на отечественной АГРО? На моем портале, называющемуся, по странному стечению обстоятельств, «Вино України / Вино Украины / Wine of Ukraine», и который я наполняю в одиночку, на сегодня более трехсот публикаций. Так это я еще со старой версии сайта, до 2017 года мало чего перенес. Чем же занимается вся эта, с позволения сказать, корпорация? И другие профильные ассоциации? Прежде всего — лоббированием интересов крупных винодельческих предприятий, которые в них входят. Ок. А кто занимается малыми? На всякий случай напомню, что почти три десятка частников, присутствовавших на заседании, пригласила общественная организация «Укрсадвинпром». А еще прошлой осень проводила в Киеве весьма познавательную конференцию в рамках выставки WINE&SPIRITS Ukraine. Для всех. Выводы делайте сами. Может, прав Георгий Молчанов, когда говорит о необходимости создания новых ассоциаций? Он, кстати, в своем Причерноморье как раз этим сейчас и занят. Но вот опасаюсь я, что любая новая организация вскоре станет похожей на своих предшественниц. Как говорил незабвенный Виктор Черномырдин: «У нас какую партию ни строй, все равно КПСС получается».

Увы, любая система воспроизводит сама себя. И вот уже Минагропром, который был весьма открытым последние годы, снова замыкается и цементируется. Хотя как раз отдел виноградарства и садоводства должен был бы быть заинтересованным в изменениях — на этой встрече Виктор Костенко обмолвился, что в его отделе сейчас работает три человека. А еще года три и назад их было семь, что тоже, в общем, немного. Никакая система изнутри не меняется, она это делает только в ответ на внешнее воздействие. Приток новых людей тоже попадает в категорию наружных возмущений, но их всегда меньше, чем тех, что уже есть, и силы их не беспредельны.
Однако сообщество активных малых виноделов выглядит уже вполне сформировавшимся. И объединяется оно не географическим положением, а задачей — делать хорошее украинское вино. А ведь у малых виноделов, как ни странно, есть по крайней мере одно, но очень существенное преимущество перед большими: их уже сейчас больше, чем крупных предприятий. То есть, конечно, по объемам им еще не скоро тягаться с нашими гигантами, но последних на всех встречах представляют несколько пусть и заинтересованных, но все же наемных работников, а здесь каждую, пусть и крохотную винодельню, олицетворяет собственник с горящими глазами.

Теперь бы еще крупным виноделам понять, что малые долго не будут им конкурентами. В терминах маркетинга наш винный рынок описывается как «голубой океан». На нем места хватит всем. Пока украинцы вина пьют очень мало, но потребление его стабильно растет вот уже несколько лет. Давайте уж друг другу помогать, меняя старую, очень плохо работающую государственную машину. Следующее заседание намечено на 24 июня, там должны появиться уже представители и других, очень важных учреждений. И даже я аккредитован. Обещали встретить.

Текст — Александр Зубко, фото — Арсен Федосенко.

Комментариев нет: